Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Пенсионеры и инвалиды могут покупать продукты со скидкой в 10% — МАРТ и торговые сети продлили соглашение
  2. В Полоцке проверили рассказ матери об избиении сына на тренировке по дзюдо. Каковы результаты
  3. Для водителей анонсировали новшество и пригрозили им «административкой»
  4. Для населения хотят ввести новые штрафы
  5. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов
  6. Вводят пенсионные новшества
  7. «Пашешь, пашешь, и все мало и мало». Беларусы, работающие врачами в Польше и Нидерландах, рассказали, как трудятся и сколько получают
  8. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  9. «Спасибо за помощь ВСУ». Украинцы массово шутят над Максом Коржом в соцсетях
  10. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  11. «Лукашенко хочет стать Токаевым». Что будет с остановившимися переговорами Лукашенко и США по поводу политзаключенных? Мнение


/

Президент США Дональд Трамп изучает различные варианты давления на Иран, включая точечные удары по руководству и силовым структурам, чтобы вдохновить иранцев на новую волну протестов и ослабить власть аятолл, сообщает Reuters со ссылкой на источники на Западе и на Ближнем Востоке.

Протесты в Иране, январь 2026 года. Фото: Reuters
Протесты в Иране, январь 2026 года. Фото: Reuters

Среди рассматриваемых мер — возможные удары по иранским командирам, силовым учреждениям, а также по баллистическим ракетам и объектам ядерной инфраструктуры. Один из источников агентства уточнил, что атаки могут быть «широкомасштабными» и иметь длительный эффект, направленный на сдерживание угроз для союзников США на Ближнем Востоке.

При этом Трамп окончательного решения о военном варианте пока не принял и рассматривает возможность сочетания давления с дипломатическими мерами.

Иран, в свою очередь, заявляет о готовности к переговорам на основе взаимного уважения и интересов, но при этом предупреждает, что будет защищаться «как никогда прежде», если на страну окажут давление. Высокопоставленный иранский чиновник отметил, что Тегеран готов к дипломатии, но США пока демонстрируют нежелание идти на диалог.

Эксперты и региональные чиновники подчеркивают, что одной авиации недостаточно для свержения режима в Иране. Даже если США ликвидируют верховного лидера Али Хаменеи, внутри страны у него найдется преемник, способный сохранить власть аятолл. К тому же контроль над армией, безопасностью и экономикой Ирана удерживает Корпус стражей исламской революции (КСИР).

В отсутствие конкретного преемника Хаменеи любые внешние попытки давления могут только укрепить жесткую линию властей и обострить региональные конфликты, предупреждают собеседники.

Союзники США на Ближнем Востоке, включая Саудовскую Аравию, Катар, Оман и Египет, отмечают, что любые удары по Ирану могут привести к ответным ударам с их территории или через поддерживаемые Тегераном группировки, например, повстанцев-хуситов в Йемене. Все это может привести к таким последствиям, как внутренние политические разногласия, экономическая стагнация, возможные перебои в ядерной и ракетной программах, а также постепенная эрозия власти, а не мгновенный крах режима.

Американские источники подчеркивают, что Трамп, по всей видимости, ставит целью не полное свержение режима в Иране, а именно смену лидера, аналогичную ситуации в Венесуэле, где США поддержали трансфер власти, не разрушая полностью структуру государства. Госсекретарь Марко Рубио ранее заявлял, что США и Европа могли бы использовать внешнее давление для облегчения переходного процесса, однако условия в Иране намного сложнее, чем в Венесуэле.

Тем временем политическое руководство Ирана ослаблено внутренними протестами, но сохраняет контроль, несмотря на глубокий экономический кризис. Протесты остаются «героическими, но неэффективными», отмечает директор программы по Ирану в Институте Ближнего Востока Алекс Ватанка, а любое внешнее вмешательство рискует усилить внутреннюю нестабильность и привести к росту региональной напряженности.