Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют
  2. «Высокий такой парень, хоккеист». Подробности убийства беременной минчанки
  3. «Мы очень даже живы». Защитница Тихановского и Бабарико — о приговоре своему коллеге и будущем адвокатуры в Беларуси
  4. Желтый уровень опасности объявили на ночь и утро воскресенья
  5. Российский блогер-боксер избил минчанина на Зыбицкой до комы, а после посчитал приговор суда незаконным
  6. Лукашенко доложили, какая область страны «самая счастливая». Он удивился
  7. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  8. В Минске местами снимают рекламу казино. Недавно Лукашенко как раз говорил про «крути гуся»
  9. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»
  10. «Один шанс на 200 миллионов». ГосТВ рассказало о маме тройняшек, попросившей у Лукашенко жилье, — но кое о чем забыло упомянуть
  11. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  12. «Шокирован, если честно». Отец пятиклассницы пожаловался в TikTok на задачи по математике, а на следующий день его уволили
Чытаць па-беларуску


/

Бывший политзаключенный, анархист Николай Дедок рассказал на пресс-конференции 12 сентября о бесчеловечных условиях содержания в беларусских тюрьмах. Он подчеркнул, что масштабы происходящего до сих пор недооцениваются мировым сообществом.

Пресс-конференция выдворенных в Литву экс-политзаключенных, 12 сентября, Вильнюс. Фото: "Зеркало"
Пресс-конференция выдворенных в Литву экс-политзаключенных, 12 сентября 2025 года, Вильнюс. Фото: «Зеркало»

«Мир еще просто не представляет того, что происходит в Беларуси. Тех нарушений прав человека, тех издевательств, насилия всех видов — психологического, физического, сексуального. Если я начну все это перечислять — нам трех пресс-конференций не хватит», — сказал Дедок.

По его словам, история почти каждого политзаключенного схожа: «Я не буду сейчас про себя лично говорить, потому что на самом деле у почти всех политзаключенных плюс-минус одна история. Я не знаю этой дьявольской логики — как они решают, на кого больше давить, на кого меньше, над кем больше издеваться, над кем меньше».

Особое внимание Дедок уделил условиям содержания в штрафных изоляторах (ШИЗО).

«Из почти пяти лет [заключения] я год провел в штрафном изоляторе. Если бы люди из цивилизованного мира увидели, что такое штрафной изолятор, они бы подумали, что оказались в средневековье», — рассказал он.

Он вспоминал свой опыт одиночного заключения в гродненской тюрьме: «Я просыпался ночью от того, что взрослые мужчины выли и звали свою маму. Настолько они страдали в этом изоляторе от холода. Люди не могли спать. На моих глазах они сходили с ума».

По словам Дедка, многие ошибочно считают, что пытки — это исключительно физическое насилие. «И знаете что, никто их даже ни разу не ударил. Кто-то думает, что пытки — это когда поставили человека на дыбу, начали растягивать и раскаленными клещами мышцы выдирать. На самом деле нет. Я убедился, что человека можно довести до безумства или смерти, просто оставив его в одиночной камере», — отметил он.

Экс-политзаключенный обратился к западным странам с просьбой не забывать о ситуации в Беларуси:

«У меня большая просьба ко всем, кто меня услышит, к политическим элитам западных стран. Я понимаю, что сейчас, возможно, на фоне войны в Украине, тех ужасов, что там происходят, мы не такими важными выглядим. Тем не менее, пожалуйста, обратите внимание. Пожалуйста, не останавливайтесь делать то, что вы делаете, потому что это действительно важно. Там находятся люди, которые ждут вашей помощи. Им, кроме вас, не поможет больше никто».

Напомним, после встречи 11 сентября Александра Лукашенко с представителем президента США Джоном Коулом из заключения в Беларуси выпустили 52 человека. Среди них 38 беларусских политзаключенных. Политик Николай Статкевич, который был среди них, отказался покидать Беларусь. С тех пор о нем ничего не известно.